Рожденная во льду [= Ледяная лилия ] - Нора Робертс

– Да кто обратит на меня внимание, когда рядом будешь ты!

– Как кто? Женщины.

– А-а… Это мысль! – Грей надел Бриане на шею жемчужное ожерелье и одобрительно кивнул: – Почти идеально!

Темно-синее платье красиво оттеняло мелочно-белую кожу, в низком вырезе виднелись мягкие очертания груди, плечи были обнажены. Бриана подобрала волосы, и Грей игриво пощекотал выбившимися из прически прядками ее уши и шею.

– Почему же ты раньше называл меня идеалом?

– Я и сейчас от своих слов не отказываюсь. – Грей достал из кармана коробочку и открыл ее. Внутри оказались сережки – две жемчужины свисали на тоненьких цепочках, а вверху – яркие бриллианты. Казалось, из каждого бриллианта выкатилось по слезе.

– Грей…

– Tсc! – Он вдел серьги в мочки Брианы. Слишком уж ловко он это делает, промелькнула у нее тревожная мысль. Слишком ловко и уверенно.

– Вот теперь ты идеал, – заявил довольный Грей.

– Откуда ты их взял?

– Я положил на них глаз, когда мы выбирали бусы, и потом позвонил Марсии. Она была в восторге.

– Еще бы! – не устояв перед искушением, Бриана потрогала сережку.

Происходящее казалось ей чудесным сном. Ей все не верилось, что она, Бриана Конкеннан, действительно остановилась в шикарной нью-йоркской гостинице, носит жемчуга и бриллианты, а мужчина, которого она любит, ей улыбается.

– Насколько я понимаю, тебе бессмысленно говорить, чтобы ты впредь так не поступал?

– Совершенно бессмысленно. Лучше скажи «спасибо».

– Спасибо, – Бриана прижалась к нему щекой. – Грейсон, это твой праздник, а ты балуешь меня, словно я принцесса какая-то.

– Зато представляешь, как мы будем выглядеть на газетных фотографиях?

– При чем тут я? – возразила Бриана, беря сумочку. – Это твой фильм. Ты его создатель.

– Я написал роман.

– Это то же самое.

– Нет. – Грей обнял Бриану за плечи и повел к лифту.

В вечернем платье и драгоценностях она казалась ослепительно прекрасной незнакомкой, но аромат, исходивший от ее волос, был прежний – нежный, сладостный, едва уловимый.

– Ты говоришь, это мой фильм, – продолжал Грей, – а я с тобой не согласен. Фильм создавали режиссер, постановщик, актеры. И, разумеется, сценарист. Автор книги стоит в этом списке на последнем месте.

– Какая нелепость! Это твой сюжет, твои герои.

– Был мой, – улыбнулся Грей. Ему льстило, что Бри так за него переживает. – Однако я продал книгу, и теперь, что бы с ней ни натворили, не должен жаловаться.

Бриана подозрительно покосилась на него.

– По-моему, ты надо мной издеваешься.

– Ну что ты! Я тебя обожаю, – в доказательство Грей поцеловал ее и подвел к лимузину. – В Голливуде ничего нельзя принимать близко к сердцу. Это залог выживания.

– Но ты мог бы написать сценарий сам!

– Я что, похож на мазохиста? – содрогнулся Грей. – Благодарю покорно! Хватит с меня работы в тесном контакте с редактором. А в кино надо согласовывать каждый свой шаг не с одним человеком, а с целой толпой людей. Нет, мне хорошо заплатили, мое имя появится на пару мгновений на экране, и если фильм будет пользоваться успехом – а похоже, так оно и получится, – я буду вполне доволен.

– Неужели у тебя не хватает темперамента для работы в кино?

– Темперамент у меня о-го-го! Но расходовать его на всякую дурь я не намерен.

Фотографы защелкали камерами, как только Бриана и Грей вышли из лимузина. Бриана зажмурилась от ярких вспышек. Она была удивлена и растерянна, столкнувшись со столь явным интересом к своей персоне. Грей уверял ее, что на него никто и внимания не обратит, но не успел пройти и двух шагов, как ему сунули под нос микрофон. Он легко отвечал на одни вопросы и так же легко избегал других. Интервью Грей давал на ходу, крепко держа Бриану за руку и пробираясь в толпе к кинотеатру.

Бриана ошеломленно озиралась. Повсюду стояли люди, которых она до этого видела лишь на страницах роскошных журналов, в кино и по телевизору. Многие из них курили, как простые смертные, в вестибюле, болтали, потягивая коктейли или лимонад, сплетничали или обсуждали свои последние покупки.

Грей то и дело знакомил ее с кем-то. Бриана произносила вежливые фразы и старалась запомнить имена и лица, чтобы потом рассказать в Клере о своих новых знакомых.

Публика была одета пестро. Бриана видела и бриллианты, и бижутерию. Кто-то явился в бейсбольной кепке, а кто-то в костюме за тысячу долларов. Как и в любом современном кинотеатре, пахло воздушной кукурузой, жевательной резинкой и леденцами, но при этом в воздухе витал еще и изысканный аромат дорогих духов. Однако по всему чувствовалось, что она попала в блестящее общество.

Когда они уселись на свои места, Грей положил руку на спинку Брианиного кресла и прошептал ей на ухо:

– Ну как впечатление?

– Потрясающе! Мне кажется, будто я попала в кино. Не в кинотеатр, а в само кино, понимаешь?

– Это потому, что подобные презентации не имеют никакого отношения к реальности. Погоди, то ли еще будет потом, на банкете!

Бриана с трудом перевела дыхание. Как далеко кажется отсюда ее родное селение!

Однако она не успела поразмыслить об этом, ибо свет погас и на экране появилось имя Грея. Бриану пронзил острый восторг.

– Господи, как же чудесно! – пробормотала она.

– Посмотрим, так ли хорошо будет все остальное, – скептически хмыкнул Грей.

Бриана сочла, что все было великолепно. Фильм ее увлек, хотя сюжет был ей знаком и она даже узнава-" ла диалоги, настриженные из романа. Но, несмотря на все это, она глядела на экран широко распахнутыми глазами. Порой душа у нее уходила в пятки, а порой губы растягивались в улыбке. Один раз Грей даже дал ей носовой платок, чтобы она могла утереть влажные щеки.

– Ты идеальный зритель, Бри. Не знаю, как бы я досмотрел этот фильм, не будь тебя рядом.

– Тише. – Бриана вцепилась ему в руку и не выпускала ее, пока на экране не возникло слово «Конец» и публика не разразилась оглушительными аплодисментами.

– По-моему, фильм пользуется успехом, – довольно крякнул Грей.

– В Клере мне не поверят! – воскликнула Бриана, выйдя вместе с Греем из гостиничного лифта и направляясь в номер. – Да мне и самой не верится. Неужели я танцевала с Томом Крузом?

Голова у нее слегка кружилась от вина и возбуждения. Бри сделала пируэт.

– Грей, а ты-то веришь, что все это было на самом деле?

– Приходится, – с напускной мрачностью буркнул Грей, отпирая дверь. – Я же видел это своими глазами. Том был тобой очень увлечен.